Мы все больны.

Рассказ.

Мария Сараджишвили

"А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, – если же разведется, то должна остаться безбрачною, или примириться с мужем своим, – и мужу не оставлять жены своей."

1 Кор. 7: 10–11  

 

 
    

– Ты можешь встретить разных людей в церкви. Не смущайся и не осуждай никого, – объясняла Елена Варваре на заре их знакомства. – Запомни хорошенько: мы все больны разными страстями. Только хорошо это осознав, можно общаться с теми, кто тебя окружает.

И зачитала ей вслух следующее:

«Прелесть есть повреждение естества человеческого ложью. Прелесть есть состояние всех человеков без исключения, произведенное падением праотцев наших. Все мы – в прелести. Знание этого есть величайшее предохранение от прелести. Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. Все мы обмануты, все обольщены, все находимся в ложном состоянии, нуждаемся в освобождении истиною. Истина есть Господь наш Иисус Христос».

И так дальше из святителя Игнатия Кавказского.

Варвара слушала это, по своему обыкновению, в пол-уха. Перспектива осознавать себя болящей ей положительно никак не нравилась.

– И что, прям все подряд болящие? – переспросила она презрительно-недоверчивым тоном.

Елена аккуратно сложила книжку и подытожила назидание:

– Мое дело предупредить. А дальше сама смотри. Потом не жалуйся.

Вокруг-то было столько интересного и нового, просто дух захватывало. А тут такая кислятина от Елены: «болящие, прелесть, осторожность». И еще, как венец всему, «трезвенность».

Вот хоть эту парочку Божиих одуванчиков взять, с кем Елена на службах раскланивалась. Сто процентов тут какая-то романтическая история зарыта.

Варвара не одна глазела на странную пару. Время от времени в церкви Иоанна Богослова можно было видеть пожилую женщину, которая с трудом передвигалась на двух палках. Ее всегда сопровождал невысокий седой мужчина в очках. Он неизменно нес за ней складной стул и сопровождал ее к Причастию. В этой паре сразу было видно, что жена – центральная фигура, а муж как-то всегда в тени и всегда при ней, как верный паж при королеве.

Варвара очень быстро познакомилась с Аллой Михайловной и Алексеем Карапетовичем. Елена к тому времени уже перебралась из города на дачу, и Варвара взяла на себя роль связной: звонки, передачи просьб. Оказалась в своей родной стихии.

– Как вы познакомились с Еленой Николаевной? – полюбопытствовала Варвара почти сразу после представления «болящей Алле».

Та тут же разразилась феноменальной историей.

«Увидела открытку с именем Елена – и вдруг подумала: “Пройдет время, и я с ней обязательно познакомлюсь, и мы будем очень нужны друг другу”».

– Мне Господь двух дочерей даровал: одну кровную, другую духовную. И по возрасту они почти ровесницы, только вторая, Елена, помладше. Так интересно получается: в житейских вопросах она моего совета спрашивает, а духовно я перед ней как малое дитя бываю, во всем ее наставлений слушаюсь. Встреча наша была удивительная и, конечно, по воле Божией. Мы с супругом каждый свой отпуск ездили на богомолье по монастырям. Всю Россию объездили. Были и в Пюхтицком монастыре, жили там. Я как-то заметила, что многие читают, друг другу передавая, какую-то книжку. Оказалось – летопись обители. Пришла я к матушке Клавдии попросить благословения ее почитать. А она как раз почту разбирала. И я совершенно случайно увидела среди писем открытку, подписанную именем «Елена». У меня что-то вспыхнуло в голове и я подумала: «Пройдет время, и я с ней обязательно познакомлюсь, и мы будем очень нужны друг другу». Прошло два года. Нахожусь я дома. И вдруг почувствовала, что на почте для меня что-то есть. Говорю своему мужу: «Сходи, посмотри: для нас что-то есть». А он: «Нет там ничего, мы ведь все журналы уже получили». Потом все-таки сходил и принес открытку от Елены. Я тут же перезвонила, и мы встретились. Оказалось, что мы и внешне похожи как сестры, только возраст сказывается. И я ей сразу сказала: «Мы будем дружить и будем очень нужны друг другу». Так и получилось. У меня в то время была глубокая депрессия. И Елена после первых дней знакомства стала всячески помогать мне выходить из этого состояния. Елена давала мне читать духовные книги и молитвы, именно те, которые соответствовали моему душевному настрою. Каждый день звонила мне, выслушивала и подбадривала и так тихо-тихо, шаг за шагом помогала мне бороться с унынием. Я же со своей стороны пыталась помочь ей тем, что было в моих силах, например достать редкое лекарство и т.д. Сейчас мы настолько близки духовно, что чувствуем, когда кому из нас плохо. Даже заболевания у нас одинаковые.

Как-то я лежала и не могла даже пошевельнуться и вдруг ощутила прилив энергии, встала, начала убирать, готовить. А потом выяснилось, что Елена в этот момент почувствовала мое состояние и помолилась в храме вместе с одной девочкой обо мне, грешной. Получилась молитва по соглашению, как обещал наш Спаситель: «Если двое на земле согласятся просить о всяком деле, дано будет Отцом Моим Небесным, ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Кому-то наше знакомство может показаться неправдоподобным. Но «невозможное человеку возможно Богу».   

Алла Михайловна могла часами говорить по телефону – что еще делать лежачей больной, – а Варвара, когда частенько сидела без вызовов на уборки, с удовольствием развешивала уши. Выяснилась и история любви, которая благополучно закончилась христианским браком. Тем самым наглядным пособием, которое так редко встречается в жизни.

– Наш брак благословил Господь Бог, – рассказывала Алла Михайловна с большим воодушевлением, как будто участвовала в радиопостановке. – Хоть мы с Алексеем очень разные и по воспитанию, и по увлечениям, и по характеру, а мы друг без друга не можем.

«Я побежала, а она кричит мне вдогонку: “Ты выйдешь замуж за Алексея и будешь очень счастлива”».

Наша встреча была глубоко промыслительна… Когда мне было 11 лет, я встретила на улице женщину, внешне похожую на цыганку. «Давай, – говорит, – я тебе погадаю». А у меня с детства предубежденное отношение к таким вещам, и я от нее стала отходить. А она продолжает: «Не бойся меня! Я не цыганка, я сербиянка». Я побежала, а она кричит мне вдогонку: «Ты выйдешь замуж за Алексея и будешь очень счастлива».

Когда мне было 16 лет, то за полгода до нашего знакомства я увидела во сне будущего мужа, его брата и свекровь. Причем его брат сказал мне, указывая на Алексея: «Это твоя судьба».

Мы познакомились на вступительных экзаменах в институт. (Специальность наша – инженеры-связисты.) Немного погодя Алексей познакомил меня со своей мамой, и я сразу узнала ее, вспомнив свой сон.

 

Художник Ладо Тевдорадзе Художник Ладо Тевдорадзе

Мы поженились через четыре года, в 1949-м. Перед свадьбой я его предупредила: «Я всю жизнь буду болеть, а с годами всё тяжелее и тяжелее». А он ответил: «Для меня это не имеет значения. Лишь бы быть с тобой рядом».

Так и получилось.

Я на протяжении многих лет болела. Трудно сказать, чего у меня только не было. И всё в тяжелых формах. У меня опухали колени – я не могла ходить. Из-за спаек головного мозга и внутреннего давления не могла разговаривать. Мой муж возил меня по лучшим врачам союзного масштаба. Но они мало чем смогли помочь. Только поставили диагноз: «полное физическое и нервное истощение».

В 1950 году у нас родилась дочка. И хотя врачи запретили мне рожать, я пошла на это, так как очень хотела обрадовать мужа.

В любой семье бывают сложности во взаимоотношениях с ближайшими родственниками. Так было и у меня со свекровью. Возможно, непонимание было от разности культур. Мой муж из патриархальной армянской семьи…

(Варвара уже собралась выразить сочувствие, но куда там. Было видно, что комментарии тут без надобности. Тут надо было просто слушать и слушать.)

…Временами мне было очень сложно. Дома, оставаясь одна, я часто плакала. Но внешне, когда мы шли к свекрови в гости, я всячески старалась быть вежливой, приветливой и многого не замечать. У меня по милости Божьей большое терпение. Много лет спустя мой муж сказал мне: «Как я тебе благодарен, что у тебя с моей мамой всегда были хорошие взаимоотношения».

Я всегда молюсь за нее и часто вижу ее во сне. Она предупреждает меня о возможных неприятностях, которых можно избежать.

Жизнь шла своим чередом. Я продолжала болеть. Как-то один из врачей, к кому я обратилась за консультацией, спросил: «Как вы относитесь к своему положению, что вы постоянно болеете?» – «Так, обыкновенно, терплю, – ответила я. – Значит, так Богу угодно». Бог дает крест, дает и силы его нести. Он мне послал такого самоотверженного человека, как мой муж.

И хотя на нем огромная нагрузка (всегда работал в нескольких местах одновременно), он всегда старается облегчить мое положение.

«Я очень часто бываю совершенно беспомощна. Даже хлеб не могу себе нарезать – рука не держит нож. Всё это делает мой муж…»

Я очень часто бываю совершенно беспомощна. Даже хлеб не могу себе нарезать – рука не держит нож. Всё это делает мой муж. Алексей всегда ровный и ласковый. Я не помню его раздражительным. Просто иногда, когда у него какие-то проблемы на работе, в глазах появляется грусть.

 
    

Я чувствую его на расстоянии, чувствую, как он молится обо мне, если опаздывает и не может позвонить, чтобы успокоить меня. Вот недавно, на днях я кричу внучке: «Не занимай телефон, сейчас дедушка будет звонить». И через пять минут он действительно позвонил.

Таких случаев было очень много, и мои домашние давно перестали удивляться.

Временами я могу предчувствовать будущее. Происходит это как-то само собой.

Однажды разговорилась с соседкой на духовные темы. И вдруг я ей неожиданно для самой себя говорю: «Вы поедете в Иерусалим и привезете мне оттуда крестик».

Она остолбенела, посмотрела на меня: «Да что вы! Мне денег на питание не хватает! О каком Иерусалиме речь!» – «Вас пригласят да еще и деньги заплатят». – «Этого не может быть», – уверенно заявляет она мне. Я не стала с ней спорить. Через год мою соседку совершенно неожиданно пригласили как специалиста по почвоведению в Иерусалим на конференцию и, естественно, оплатили дорогу и гостиницу. Она побывала у Гроба Господня и привезла мне оттуда крестик.

Подобных случаев было несколько. Это дар Божий мне, грешной, но не знаю, за что. Отвечать на конкретные вопросы о будущем я не могу. По заказу не бывает.

Вернусь к нашему браку. Недавно мы отметили 55 лет нашей совместной жизни. Мы специально отслужили благодарственный молебен Господу Богу за ту хорошую жизнь, прожитую нами, за те чудеса, которым мы были свидетелями. Кстати, об этом я по благословению священника сейчас пишу книгу.

Лет 10–12 назад мы с мужем объездили много российских монастырей. Во время путешествий происходило много такого, о чем я хочу написать книгу. Вот в настоящее время печатаю из последних сил.

 

Художник Ладо Тевдорадзе Художник Ладо Тевдорадзе

Что же касается секрета нашего брака, скажу только, что между нами всегда было полное доверие. Там, где настоящая любовь, для ревности нет места.

У Варвары аж ухо взмокло от такого монолога, но впечатления того стоили.

Примерно два-три месяца они общались в таком режиме. Потом обилие чудес и математических выкладок в стиле пифагорейцев («такого-то числа произошло вот это, а на другой год именно в это же число я увидела удивительный сон») стало казаться Варваре перевыполнением плана по мистике. Такого обилия сверхъестественного не было ни у кого из окружающих. Всё было бы ничего, если бы не явные проколы со стороны духовно грамотной прихожанки.

Так, каждое откровение сдабривалось заверением:

– Я никогда не лгу!

Варваре на ее скептический ум пришла неприличная параллель.

– Знаете, где-то читала, что Лев Толстой говорил, что самый правдивый человек вынужденно врет самое меньшее – десять раз в день.

«Зеркало русской революции» было подвергнуто резкой критике с указанием православных источников. Но вскоре сама жизнь показала правоту всемирного классика.

Попросила как-то болящая Алла Варвару принести аспирин – со списком ЦУ: где, в какой именно аптеке по минимальной цене, – потому как вся надежда на доброго человека (который, по идее, заработает тем самым Царство Небесное), а то бедный Алексей «аки пчела» работает на двух работах, а попросить некого.

После такой прелюдии Варвара ровно через час на другом конце города торжественно вручала просимое страждущей душе и тут боковым зрением обнаружила 15-летнюю внучку хозяйки дома, глубокомысленно смотревшую телевизор.

«Почему вы внучку не попросили за лекарством сходить?» – не утерпела Варвара. Ответ был простой: «Да как же можно ее беспокоить?»

– Почему вы внучку не попросили за лекарством сходить? – не утерпела самовыдвинутая посыльная.

– А ей некогда, она в школе учится, – был простой ответ, преисполненный невыразимым умилением. – Уроков много задают. Как бы я ее побеспокоила? Она ко мне ненадолго с пятого этажа спустилась. Видимся мы редко, – блеяла любвеобильная бабушка.

Можете себе представить, какая у Варвары поднялась буря в голове. Не буря, а прямо-таки торнадо.

– Это меня, что, тут за лоха держат? А?! – ораторствовала она у Елены на другой день. – Я тут ей молоко ношу на другой конец города, а трое внуков под боком шибко занятые прохлаждаются. Побеспокоить их, видите ли, никак нельзя. А еще, с понтом, верующие!

Напрасно Елена пыталась потушить пожар осуждения, говоря, что «все делаем для Господа, а не для людей», Варвара упорствовала на своем.   

По ходу дискуссии выяснились отягчающие подробности. Живут старички одни, в полной самоизоляции, максимально не желая беспокоить дочку с мужем и внуками, чтобы те «не дай Бог не перетрудились». Да плюс ко всему, так как в Грузии с официальной работой плохо, маленький неказистый на вид дедушка ухитряется работать на трех работах благодаря старым связям и содержать всю ораву. Мало того, он еще смотрит за болящей женой, которая с трудом передвигается по квартире. Голубая мечта у раба Божиего Алексия хоть иногда поесть горячий суп.

– Поэтому не осуждай их, – Елена суммировала всю эту жуткую картину. – Да, Алла больной человек со своими внутренними проблемами. Но поставь себя на ее место. 50 лет болеть и не роптать, принимать всё смиренно. Да, где-то человек не оказывается на должной высоте. Ничего страшного.

Варваре такое и представить было не по силам, и она продолжила развивать свои кровожадные планы:

– Надо им найти кого-нибудь, чтоб посмотрели за ними по-человечески. На квартиру дарственную написать. Я бы зараз им порядочного человека нашла бы! А дочке я бы популярно показала дырку от бублика.

Елена только печально покачала головой:

«Они святые родители. Как могут, скрывают свое бедственное положение, не хотят, чтобы кто-то осуждал дочку и внуков».

– Они святые родители. Никогда на это не согласятся. Они, как могут, скрывают свое бедственное положение, не хотят, чтобы кто-то осуждал дочку и внуков. Им легче терпеть грязь, голод и т.д. Раньше я, как могла, им помогала, обеды носила. Но теперь меня саму Господь здесь, на горе, запер. Только вот молоко через тебя посылала.

– Ну и очень глупо! Вы не солнце, чтобы всех согреть. Люди сами должны чесаться.

Одним словом, интерес к старикам у Варвары моментально улетучился.

 

 
    

Прошло несколько лет. Алла с Алексеем появлялись в церкви всё реже и реже. Потом пошел слух: Алексея парализовало, и дочка вынуждена иногда к ним заходить – приносить еду.

Елена направила Варвару выяснить подробности, напутствовав: «Имей совесть!», а потом обязала Семена-молчуна носить молоко, так как ему это было ближе всех по месту жительства.

Что там Варвара увидела – неделю под впечатлением ходила и молилась «Избавь меня, Господи, от такой старости!»

Специфический запах сразу ударил в нос, потом зрительная ассоциация «Дети подземелья» (из когда-то хорошо обставленной квартиры были вывезены все ценные вещи, которые еще можно было как-то продать), два старика, плохо отвечающих на вопросы, и полное отсутствие постельного белья на кроватях. Дальше фантазируйте сами.

– И что надо делать в такой ситуации? – спросила Варвара у Елены после подробного доклада.

– Молиться, – назвала духовная руководительница свое безотказное средство.

Варвара только фыркнула, даже не стала тратить энергию на бессмысленный спор.

 

Бесплатная столовая в Тбилиси Бесплатная столовая в Тбилиси
    

Тем не менее вскоре геройский дедушка с парализованной рукой стал выходить из дома и с ходунками доползать до бесплатной столовой, которые пооткрывал Саакашвили в каждом районе, и приносить в бидончиках суп для себя и супруги.

Варвара как-то столкнулась с ним на улице. Видела, как раб Божий Алексий (хотя она против подобных формулировок, но к этому человеку это выражение было как нельзя более к месту) пытался взобраться с железными поручнями в автобус. Несколько мужиков подхватили его, не скрывая возмущения:

– Кто тебя такого из дома выпустил?!

Старик пропустил вопрос мимо ушей, только благодарил.

– Мы должны умереть в один день… – вспомнились Варваре тогда слова из «интервью» с болящей Аллой. – Друг без друга нам нельзя…

 

 
    

Но жизнь распорядилась по-своему. Сперва скончался верный Санчо Панса, а потом через – несколько лет – его супруга Алла.

Для Варвары навсегда осталось загадкой, как же жили эти два человека без ропота, без скандалов, без малейшего желания навести справедливость на своем месте под солнцем. Вспоминает их Варвара иногда, от случая к случаю и вздыхает: «Царство Небесное! Вы его заслужили».